Главная страница
Навигация по странице:

  • Структура экзамена : 1 вопрос (Вы сами по своему выбору готовите – подробно и обстоятельно – один из вопросов).

  • 3 вопрос (Вы рассказываете содержание одной из 8-ми глав «Евгения Онегина»: все сюжетные моменты и все лирические отступления). 7. Любовная лирика Пушкина

  • Юность поэта была насквозь пронизана влюбленностью и интересом Пушкина к любовным переживаниям. Но здесь еще чувствуется игривость, несерьезность молодого дарования

  • Любовная лирика поэта

  • Любовь у Пушкина – это источник вдохновения, это жизнеутверждающая сила.

  • 8. Философская лирика Пушкина

  • 9.Политическая лирика Пушкина

  • 10.Религиозные темы в лирике Пушкина

  • 11.«Южные» романтические («байронические) поэмы Пушкина.

  • 12. Поэма Пушкина «Медный всадник»: идеологический слой и художественное своеобразие.

  • Вопросы Отечественная литература. Вопросы к экзамену по первой трети 19 в. Элегии Жуковского. Элегизированные


    Скачать 385.5 Kb.
    НазваниеВопросы к экзамену по первой трети 19 в. Элегии Жуковского. Элегизированные
    АнкорВопросы Отечественная литература.doc
    Дата16.12.2017
    Размер385.5 Kb.
    Формат файлаdoc
    Имя файлаВопросы Отечественная литература.doc
    ТипВопросы к экзамену
    #7855
    страница1 из 6
      1   2   3   4   5   6

    Вопросы к экзамену по первой трети 19 в.:


    1. Элегии Жуковского.

    2. «Элегизированные» баллады Жуковского: мир идей и поэтика.

    3. «Страшные» баллады Жуковского: мир идей и поэтика.

    4. Творчество Батюшкова: темы, жанры, образный мир.

    5. Поэты пушкинской плеяды: Вяземский, Дельвиг, Давыдов, Баратынский, Языков (краткий анализ творчества одного из поэтов по выбору с разбором одного-двух его стихотворений).

    6. Основные этапы жизненной и творческой эволюции Пушкина.

    7. Любовная лирика Пушкина

    8. Философская лирика Пушкина.

    9. Политическая лирика Пушкина.

    10. Религиозные темы в лирике Пушкина.

    11. «Южные» романтические («байронические) поэмы Пушкина.

    12. Поэма Пушкина «Медный всадник»: идеологический слой и художественное своеобразие.

    13. Пушкин-драматург: трагедия «Борис Годунов» или «Маленькие трагедии».

    14. «Повести Белкина» Пушкина: герои, образ рассказчика, жанрово-стилевое своеобразие.

    15. Проза Пушкина: повести «Пиковая дама» или «Капитанская дочка».

    16. Образ Онегина в романе Пушкина «Евгений Онегин».

    17. Образ Татьяны в романе Пушкина «Евгений Онегин».

    18. Образ Ленского в романе Пушкина «Евгений Онегин».

    19. Художественное своеобразие романа Пушкина «Евгений Онегин»: жанр, композиция, строфика, стиль, язык.

    20. Основные темы лирики Лермонтова.

    21. Любовная лирика Лермонтова.

    22. Байронические (богоборческие) мотивы в лирике Лермонтова.

    23. Поэма Лермонтова «Мцыри».

    24. Поэма Лермонтова «Демон».

    25. Персонажный мир романа Лермонтова «Герой нашего времени» (кроме Печорина).

    26. Образ Печорина в романе Лермонтова «Герой нашего времени»

    27. Художественное своеобразие романа Лермонтова «Герой нашего времени».

    28. Цикл Гоголя «Вечера на хуторе близ Диканьки»: проблематика, поэтика (две повести по выбору).

    29. Цикл Гоголя «Миргород»: проблематика, поэтика (две повести по выбору).

    30. Петербургские повести Гоголя «Нос», «Портрет», «Записки сумасшедшего»: герои, идеи, художественное своеобразие (одна из трех повестей).

    31. Повесть Гоголя «Невский проспект».

    32. Повесть Гоголя «Шинель».

    33. Образы Манилова и Собакевича в поэме Гоголя «Мертвые души».

    34. Образы Коробочки и Ноздрева в поэме Гоголя «Мертвые души».

    35. Образы Плюшкина и Чичикова в поэме Гоголя «Мертвые души».

    36. Поэма Гоголя «Мертвые души»: проблема жанра и смысл названия.


    Структура экзамена:

    1 вопрос (Вы сами по своему выбору готовите – подробно и обстоятельно – один из вопросов).

    2 вопрос (его Вам дает экзаменатор по своему выбору из всех вопросов списка – кроме Вашего).

    3 вопрос (Вы рассказываете содержание одной из 8-ми глав «Евгения Онегина»: все сюжетные моменты и все лирические отступления).

    7. Любовная лирика Пушкина

    А.С.Пушкин был поистине новатором в русской любовной лирике. Его строки – грациозные, нежные, величественные – до сих пор бередят умы и сердца многих людей во всем мире.

    Отношение поэта к любви с каждым периодом его творчества постепенно менялось и трансформировалось. Юность поэта была насквозь пронизана влюбленностью и интересом Пушкина к любовным переживаниям. Но здесь еще чувствуется игривость, несерьезность молодого дарования ("Красавице, которая нюхала табак", "Монах", "К Наташе"), что характерно для жанра «легкой поэзии». Недаром Пушкина считают последователем греческого поэта Анакреона, который писал легкие эротические стихотворения.

    В более поздних стихотворениях поэт поддерживает волну романтизма, раскрывая и показывая все радости любви.  А со временем мы увидим, что любовь для Пушкина сродни вдохновению и уже тогда поэт увидит в возлюбленной спутницу, друга, без которого жить становится невмоготу.

    Любовная лирика Пушкина иногда оценивалась неоднозначно. Критики давно и безоговорочно говорят только о тех произведениях любовной лирики, которые признаны шедеврами. Произведения же более откровенные в расчет не берутся («Наслажденье», «Желание», «Блаженство» и др.). И зачастую мы о них даже не слышим и нигде не читаем.

    Лирический герой и поэт – это два разных человека. Лирический герой только передает те уроки, те ощущения и чувства, которые испытал сам поэт. Сам же Пушкин не отвергает земные радости – блаженство, желание, а наоборот призывает наслаждаться ними:

    «Миг блаженства век лови…Пока живется нам, живи».

    Да и сама жизнь, с ее радостями всегда приятнее, чем искусство, утверждал поэт. Для А.С.Пушкина любовь знаменовала собой явление чистого сознания, незамутненного. Это чувство всегда предшествовало любви как таковой и служило своего рода знаком перед ее появлением:

    «Душе настало пробужденье:  И вот опять явилась ты...» («Я помню чудное мгновенье...»)

    Только пробужденная душа способна любить, способна чувствовать и видеть красоту. А душа утомленная,  уставшая, к сожалению, стирает память о прекрасных встречах.

    Любовная лирика поэта, как отмечают многие критики и читатели, пронизана музыкальностью. Многие произведения звучат как романсы, как симфонии, напоминающие бетховенские произведения с активным ярким торжественным финалом. Сегодня часть из них положена на музыку: «Я вас любил», «Я помню чудное мгновенье», «Не пой, красавица, при мне» и многие другие.

    А.С.Пушкин – поэт грустно-меланхоличный, но при этом его грусть не депрессивная, она чистая и светлая. Его сердце, даже разбитое безответной любовью, полно любви к избраннице:

    «И сердце вновь горит и любит — оттого, Что не любить оно не может».

     Общее состояние лирической поэзии Пушкина – это состояние тихой светлой печали, в любом случае воспевающей красоту человеческой души. При этом возлюбленная для Пушкина – почти божество, это чудо, ниспосланное богом:

    «Исполнились мои желания.Творец тебя мне ниспослал, Тебя, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец». ("Мадонна", 1830 г).

    Равнять женщину с Богородицей, с Мадонной, может лишь человек, понявший ту роль, которую женщина исполняет в его жизни, полюбивший всем сердцем и поверивший в любовь.

    Любовь у Пушкина – это источник вдохновения, это жизнеутверждающая сила. У Пушкина было много влюбленностей (Керн, Собаньская, Ризнич, Воронцова). Но при этом вечной потребностью поэта была только потребность любить.

    Интересно, что многие понятия, которые Пушкин рассматривает в своей поэзии, он рассматривает через женщину. Муза – это женщина, судьба – женщина, толпа  - это «крылатой новизны любовница слепая», надежда – «хорошенькая женщина».

    Интересным есть тот факт, что любовная лирика поэта практически не пользуется метафорами и эпитетами. Талант гения Пушкина в том, что он мастерски и непринужденно складывает слова в строки и тем самым умудряется создать мелодию стихотворения, полного образов и волнительной трогательности.

    «Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам Бог любимой быть другим»

    Гоголь называл любовную лирику Пушкина «чистой поэзией». А чистой поэзии не нужна мишура и блеск. Она проста и лаконична. Каждое слово само по себе содержит силу и смысл. Гоголь сравнивает его с «бездной пространства», в которой смысл слова может быть необъятен.

    А.С.Пушкин верил в любовь как в огромную силу, движущую жизнью и оставил в наследство целую россыпь поэтических бриллиантов – произведений, которые неоднократно, из поколения в поколения перечитываются все новыми и новыми читателями.

    8. Философская лирика Пушкина

    Своеобразие философской лирики Пушкина заключается в том, что она носила личностный, глубоко интимный характер. Поэт все пропускал через себя, это была философия, опробованная собственной жизнью, появившаяся в результате собственных мыслей и переживаний, что отличает философскую лирику Пушкина от лирики Тютчева и Блока.
    Над вечными философскими вопросами поэт задумывался еще учась в Царскосельском лицее. Под влиянием Батюшкова он рассматривал смысл жизни с позиций жизнерадостного эпикурейства. По его мнению, цель существования человека заключалась в наслаждениях, дружеских пирушках, прожигании жизни в веселых компаниях друзей:

    Переломным моментом для Пушкина стали 20-е годы. В это время он начал подводить первые итоги своей жизни и творчества.
    В южной ссылке поэт находился во власти романтизма, как все тогдашние молодые люди. Его кумирами стали Наполеон и Байрон. Изменилась и философия поэта. Пушкин-романтик видел цель жизни не в бесконечных пирушках, а в совершении подвига. Характерное для романтизма стремление действовать, героизм, величественные порывы души отразились и в лирике поэта:

    в стихотворении “К морю” (1824) появляется яркий романтический символ - океан. Поэт думает, мечтает на его берегу, он приносит ему вдохновение. Пушкин сравнивает человеческую жизнь с жизнью океана.
    Увлекаясь новыми мечтами и устремлениями, он отказывается от прежних идеалов, от увлечений своей юности:
    Мне вас не жаль, неверные друзья,
    Венки пиров и чаши круговые -
    Мне вас не жаль, изменницы младые,
    Задумчивый, забав чуждаюсь я,-


    К середине двадцатых годов А. С. Пушкин переживает мировоззренческий кризис. Жизнь начинает пугать его, все меньше остается романтизма, на смену ему приходит суровая правда жизни - реализм. Он реаль но теперь смотрит на жизнь, на ее проблемы, но не видит в ней смысла и высокой цели.

    Еще более тяжелым временем был период после поражения восстания декабристов. Многие из казненных и сосланных были близкими друзьями поэта. Он, не сумев принять участие в выступлении, чувствовал вину перед ними. Жесточайшая николаевская реакция, одиночество в личной жизни лишь усугубили ситуацию. В это время у поэта появляется мотив отчаяния. Он особенно трагично смотрит на жизнь, не видя в ней высокой цели:

    Цели нет передо мною:
    Сердце пусто, празден ум,
    И томит меня тоскою
    Однозвучный жизни шум.

    Трудно поверить, что стихотворение “Дар напрасный, дар случайный” (1828) написано Пушкиным в свой двадцать девятый день рождения.
    Тогда же автор начинает задумываться над философскими проблемами смерти и бессмертия, смене поколений, о добре и зле. Так, в стихотворении “Брожу ли я вдоль улиц шумных...” (1829) он говорит о том, что рано или поздно, далеко от дома или “в соседней долине” умрет, но хочет, чтобы его жизнь, мечты, дела перешли к новому поколению, чтобы новое поколение продолжало жить, любить, мечтать

    Проблему добра и зла Пушкин рассматривает и в стихотворении “Анчар” (1828), в котором повествует о “древе яда” - анчаре, являющемся философским образом-символом, воплощением зла, которым люди распоряжаются по своему желанию, рассылая гибель “к соседям в чуждые пределы”.
    Но неправильным будет утверждать, что в этот период Пушкин полностью отказывается от желания жить, хочет умереть, так как не видит цели в жизни. В стихотворении “Элегия”, написанном в 1830 году, он как раз утверждает обратное:
    Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
    Грядущего волнуемое море.
    Но не хочу, о други, умирать:

    Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать.
    Поэт, несмотря на все трудности и горести, хочет продолжать жить, творить, и тогда, по его мнению, к концу жизни он, может быть, обретет и гармонию, и счастье, и любовь. Размышляя о разуме и безумии, Пушкин понимает, что страшнее безумия ничего нет, поэтому с такой силой он и восклицает:
    Не дай мне бог сойти с ума.
    Нет, легче посох и сума;
    Нет, легче труд и глад.


    (“Не дай мне бог сойти с ума”, 1833)


    Пушкин считает, что цель его жизни как поэта - “глаголом жечь сердца людей”. Он обязан своим мастерством, своим поэтическим словом служить людям, наставлять их на путь истинный.
    Размышляя над философской проблемой смены поколений, о старом и новом, поэт находит ответ в гармонии природы. Он понимает, что время неумолимо движется вперед, замедлить его ход невозможно, рано или поздно на его место придут другие.
    Здравствуй, племя
    Младое, незнакомое! не я
    Увижу твой могучий поздний возраст, -
    пишет он в стихотворении “Вновь я посетил...” (1835).

    Подводя своеобразный итог своей жизни, Александр Сергеевич Пушкин за полгода до смерти пишет стихотворение “Я памятник себе воздвиг нерукотворный...” (1836). В нем он подводит итог своим размышлениям о месте поэта в жизни, оценивает свой вклад в литературу, размышляет о том, какую память после себя он оставит потомкам:
    Нет, весь я не умру - душа в заветной лире
    Мой прах переживет и тленья убежит -
    И славен буду я, доколь в подлунном мире
    Жив будет хоть один пиит.

    Автор понимает бессмертие не как физическое существование, а как след в памяти потомков.
    Рассматривая философскую лирику Пушкина, можно привести еще множество примеров. Философскими раздумьями пронизана и любовная, и гражданская лирика, и стихи о дружбе и природе, о назначении поэта и поэзии в обществе.. Пушкин, как человек мыслящий, развивающийся, в разные периоды своей жизни по-разному понимал и осмысливал вечные философские проблемы, что нашло отражение в эволюции его мировоззрения и творческого метода.

    9.Политическая лирика Пушкина

    Еще до выхода в свет своей первой поэмы Пушкин успел завоевать широкую известность и популярность политическими, остро злободневными стихотворениями, написанными по окончании Лицея на протяжении двух вольных лет в Петербурге, фактически единственных вольных лет его жизни.
    В Петербурге завязываются личные связи Пушкина с Н. И. Тургеневым, Н. М. Муравьевым и другими декабристами и близкими к ним кругами светской молодежи. О существовании тайных декабристских обществ Пушкин не знает. Но находит среди их деятелей своих ближайших политических единомышленников. Плодом и выражением этого единомыслия явилась политическая лирика Пушкина 1817–1819 гг. Ее по праву можно назвать мощным поэтическим рупором освободительных умонастроений преддекабрьских лет и вместе с тем одним из самых ранних и непревзойденных явлений поэзии гражданского романтизма. В таких – самых значительных – стихотворениях политической лирики Пушкина, как «Вольность» (1817), «К Чаадаеву» (1818), «Деревня» (1819), совершенно определенные программные идеи декабристов обретают (и обретают впервые) доподлинно лирическое звучание, воспринимаются как естественная и взволнованная реакция мыслящего русского человека и гражданина на «ужасы» и «позор» самодержавного деспотизма и крепостного рабства. Романтическая по силе эмоциональной экспрессии лирическая тональность таких стихотворений сочетается в них с карамзинистской точностью и гармоничностью «слога», которых так не хватало до того русской гражданской поэзии, а вместе с тем и с четкостью политической мысли. В каждом стихотворении Пушкин находит предельно лапидарную форму ее лирического выражения, которое звучит, как политический лозунг.

    Владыки! вам венец и трон
    Дает Закон – а не природа;
    Стоите выше вы народа,
    Но вечный выше вас закон.
    («Вольность»)
    Или:

    Пока свободою горим,
    Пока сердца для чести живы,
    Мой друг, отчизне посвятим
    Души прекрасные порывы! 

    («К Чаадаеву»)

    Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный
    И рабство, падшее по манию царя,
    И над отечеством свободы просвещенной
    Взойдет ли наконец прекрасная заря?

    («Деревня»)
    «Свобода», «вольность», «законы», «народы», «отечество» – с одной стороны, и «рабство», «тираны», «самовластье», «увенчанный» или «самовластительный злодей» – с другой, – эти альтернативные ряды сугубо рационалистических просветительских понятий, войдя в сцепление с «души прекрасными порывами» лирического героя политических стихотворений Пушкина, превратились в опорные понятия – символы стиля гражданского романтизма, навсегда вошедшие в лексический строй русской революционной поэзии. Поэтому общественное и художественное значение политической лирики Пушкина определяется не столько ее собственно политическими идеями, в общем довольно умеренными, либерально-конституционными, а эмоциональной экспрессией и смысловой емкостью их поэтического выражения. Не так уж важно, кого именно имел в виду Пушкин в одной из самых энергических строф «Вольности» – Наполеона, Павла или Александра, о чем спорят исследователи; важно то, что эта строфа, ее лексический строй и эмоциональный накал сохранили свою актуальность для всех поколений русских революционеров:

    Самовластительный злодей!
    Тебя, твой трон я ненавижу,
    Твою погибель, смерть детей
    С жестокой радостию вижу.

    Читают на твоем челе
    Печать проклятия народы,
    Ты ужас мира, стыд природы,
    Упрек ты богу на земле. 
    Политические стихотворения Пушкина не предназначались для печати, но мгновенно распространялись в многочисленных списках и входили в золотой фонд агитационной литературы декабристов. Первая же публикация этих стихотворений осуществилась только много лет спустя, да и то не в России, а в изданиях Вольной типографии А. И. Герцена и Н. П. Огарева. В предисловии к одному из таких изданий Огарев очень точно охарактеризовал силу общественного воздействия политической лирики Пушкина и ее место в истории русской революционной поэзии: «Впечатление, произведенное одой [„Вольность“], было не менее сильно, чем впечатление „Деревни“, стихотворения выстраданного из действительной жизни до художественности формы, и не менее „Послания к Чаадаеву“, где так звучно сказалась юная вера в будущую свободу. Кто во время оно не знал этих стихотворений? Какой юноша, какой отрок не переписывал? Толчок, данный литературе вольнолюбивым направлением ее высшего представителя, был так силен, что с тех пор, и даже сквозь все царствование Николая, русская литература не смела безнаказанно быть рабскою и продажною».[]
    Собственно политических стихотворений в творчестве Пушкина петербургского периода не так уж много. В основном, помимо «Руслана и Людмилы» – безусловно центрального произведения этих лет, оно представлено разнообразными жанрами и мотивами «легкой поэзии». Но именно в политической лирике наиболее полно реализуется собственное понимание Пушкиным романтизма как синонима свободомыслия и народности современной, отвечающей задачам времени поэзии.

    10.Религиозные темы в лирике Пушкина

    Литература во времена Пушкина еще только начинала быт выражением общества. На фоне этого нового направления Александр Сергеевич возвел замок, в котором нашли свое место и религиозные представления поэта. Религиозные мотивы лирики Пушкина тесно связаны с общественными интересами и жизнью света в целом.

    В стихотворении "Демон" ("В те дни, когда мне были новы...") пред нами предстает демон сомнения, дух размышления, рефлексии, разрушающей всякую полноту жизни, отравляющей всякую радость. Странное дело: пробудилась жизнь, и с нею об руку пошло сомнение - враг жизни: "Демон" Пушкина с тех пор остался вечным, и с злою улыбкой показывается то тут, то там.

    В стихотворениях "Демон" и "Свободы сеятель пустынный..." видны трагические настроения и остро выраженная беспримерная мрачность. Пушкин обожествляет свободу в стихах, которые посвящены невозможности утвердить ее в мире эгоизма и корысти.

    Тема пророчества пронизывает такие стихи Александра Сергеевича, как "Подражания Корану","Пророк", "Поэт и толпа". В "Подражаниях..." идет прославление бога, его могущества, способности наказывать и даровать блаженство тем, кто в него верит. В "Пророке" бог наделяет обычного человека даром нести слово его в грешном мире, "жечь глаголом" сердца и души. В "Поэте и толпе" поэт отказывается от своего божественного предназначения, он не собиается ни учить людей, ни исповедываться перед ними. В этих стихотворениях важен субъект духовного воздействия на мир - сознание самого творца слова.

    В стихотворении "Ангел" демон сомнения признается в своей привязанности к небу. Пушкин вспоминает о том, что ад зародился благодаря падшему, но все же ангелу. Все в мире взаимосвязано - эту мысль Александр Сергеевич пропускает через все произведение.

    "Десятая заповедь" - творение, в котором звучит исповедь человека перед богом, признание своей слабости, подверженности искушению, невозможностью устоять перед ним.

    В стихотворениях "Монастырь а Казбеке", "В еврейской хижине лампада..." слышится тоска по уединению и одиночеству, желание остаться один на один с богом. Стремление получить необходимое умиротворение в месте, близком к небу.

    Для Александра Сергеевича характерно также придание любимой женщине черт богоматери, как самого чистого и непорочного существа ("Мадонна", "Ты богоматерь, нет сомненья...").

    11.«Южные» романтические («байронические) поэмы Пушкина.

    Сюжеты южных поэм весьма индивидуальны и исключительны. Нов основе каждого из них лежит реальный факт. Так, происшествие с разбойниками, переплывшими в кандалах реку, случилось в 1820 году в бытность Пушкина в Екатеринославе.

    Критикуя господствующие общественные отношения, протестуя против них, воплощая мечту о свободе, Пушкин романтических поэм рисовал не только из ряда вон выходящих героев, положительных или отрицательных, но и придавал им широко масштабную обобщаемость. Все герои этих поэм освобождены от строгой социально-бытовой обрисовки, от систематической обусловленности всех переживаний и поступков. Их характеристика по преимуществу эскизна, условна, в той или иной степени односторонне схематична, дана наиболее важными признаками. Любой из них проявляется крупно и широко обозначенной сущностью: Пленник — разочарованностью; черкешенка — увлеченностью, любовью и преданностью любимому; братья разбойники — стремлением к воле; Мария — духовностью; Зарема — чувственностью и т.д.

    Выражая типические для своей эпохи чувства, настроения, идеи, романтические герои южных поэм показываются в несвойственных для них условиях: человек из высшего света в плену у черкесов ( «Кавказский пленник»); мирные труженики полей в стане разбойников ( «Братьяразбойники»); польская княжна в татарском гареме ( «Бахчисарайский фонтан»). Эта необычность, даже экзотичность положения героев давала возможность подчеркнуть их нравственно-волевую силу.

    Протестуя против социального зла, мечтая о лучшем будущем, Пушкин строит образы южных поэм в последовательном противопоставлении отрицательным положительных. В явном контрасте рисуются здесь душевная вялость Пленника и волевая сила черкешенки ( «Кавказскийпленник»), обреченность на жизнь парий и их тоска по воле ( «Братья разбойники»), чувственность, страстность Заремы и духовность, целомудренность Марии ( «Бахчисарайский фонтан»).

    Из ряда вон выходящие герои и сюжеты романтических поэм обусловили и необычную их архитектонику. Будучи в сравнении с «восточными» поэмами Байрона в своей основе композиционно ясными, четкими, южные поэмы Пушкина развиваются при этом без строгой хронологической последовательности и мотивированности, прерывисто, лишь вершинными, наиболее эффектными эпизодами. Их персонажи воплощаются в необычных, исключительных событиях своей жизни, в решающих, итоговых, кризисных ситуациях, при некоторой недосказанности, загадочности, таинственности. «Бессвязные отрывки» — так Пушкин в письме к П. А. Вяземскому от 4 ноября 1823 года определял композицию «Бахчисарайскогофонтана», характерную недомолвками и намеками, Романтизм Пушкина проникновенно, задушевно лиричен. В южных поэмах все время слышится голос автора, сочувствующий или осуждающий. Он всюду: в лирических отступлениях, имеющих откровенно-автобиографический характер; в описаниях, комментариях, эпилогах «Кавказского пленника» и «Бахчисарайского фонтана»; во вступлении к «Братьям разбойникам». В черновом письме к Н. И. Гнедичу от 29 апреля 1822 года поэт сам признавался, что в «Кавказском пленнике» «есть стихи моего сердца». Но этот лирический голос автора отражал настроения передовой общественности и воспринимался прогрессивными современниками Пушкина как воплощение их переживаний и чувств.

    Лиризм южных поэм весьма рельефно сказывается в возвышенно-эмоциональной, перифрастической изобразительности. Лексика южных поэм поразительно многоцветна. Пушкин пользуется в них, кажется, всем эмоциональным регистром родного языка. Но, начиная с поэмы «Братьяразбойники», задуманной в духе устно-народных песен о разбойниках, в его произведения более широко, нежели в «Руслана и Людмилу», проникает просторечная лексика: «харчевня», «ловитва», «кистень». Этой поэме свойственно и обилие народно-песенных эпитетов: «булатныйнож», «темная ночь», «красных девушек», «в чистом поле», «месяц ясный». И недаром Н. Н. Раевский, друг поэта, отличный знаток литературы, в письме от 10 мая 1825 года назвал се превосходным образцом «простого и естественного языка».

    Романтическая тональность южных поэм создается также метафорической фразеологией. Пуля здесь — «гибельный свинец» ( «Кавказскийпленник»), ночь — «теперь луна свой бледный свет на них наводит» ( «Братья разбойники»), пребывание героини в плену — «узрела небеса чужие» ( «Бахчисарайский фонтан»).

    В южных поэмах властвуют эпитеты мажорно-мятежной ( «вольность», «свобода»), идеально-этической ( «пламенной мольбой», «совестимученье») и элегической ( «унылый», «мрачный», «печальный», «угрюмый») окраски. Их сравнения необычны, предельны в своей отрицательности или идеальности: «как тень», «гробом», «как во сне» ( «Кавказский пленник»), «как в тюрьме» ( «Братья разбойники»), «яснеедня, чернее ночи», «как вешний день» ( «Бахчисарайский фонтан»).

    Южным поэмам придает оригинальность и стих. Четырехстопный ямб применен в них со всеми своими возможностями динамизма. Он энергичен, благозвучен, музыкален.

    При главенствующем субъективно-лирическом отношении к изображаемым событиям в южных поэмах более или менее отчетливо проявляются эпические и объективно-повествовательные реалистические тенденции. Например, в пластически точных, колоритных описаниях кавказской природы и черкесских нравов ( «Кавказский пленник»), уподобленных самим Пушкиным «географической статье»; в правдивой и рельефной характеристике гаремного быта и природы Крыма ( «Бахчисарайский фонтан»).

    Современники создателя южных поэм зачисляют его в «планетную систему Байрона». Пушкин и сам не скрывал своего увлечения автором «Гяура» и «Абидосской невесты». Вспоминая в 1830 году южные поэмы, он признавался, что «Бахчисарайский фонтан», как «Кавказский пленник»,«отзывается чтением Байрона, от которого я с ума сходил». Но, испытав сильное влияние великого английского поэта, создатель южных поэм не стал его подражателем и шел собственной дорогой. Этому весьма содействовала социально-политическая атмосфера, в которой он жил и творил. Байрон выступал в послереволюционной буржуазной обстановке, не принимая ее, протестуя против нее, но не видя из нее реального выхода. В этом причина определяющего пафоса его «восточных» поэм — мрачного пессимизма и скептицизма. Пушкин выступал в условиях подъема декабристского движения, что обусловливало светлый, жизнеутверждающий, оптимистический пафос его южных поэм. Пушкину «были ведомы, — писал Герцен, — все страдания цивилизованного человека, но он обладал верой в будущее, которой человек Запада уже лишился».

    В основе тематики и конфликтов восточных поэм Байрона — любовь, а южные поэмы Пушкина отличаются единством любовной и социальной проблематики при главенстве социальных мотивов. В центре «восточных» поэм самодовлеющая, «единодержавная» и во многом абстрактная личность, для которой эффектно-экзотические картины природы лишь фон. В южных поэмах изображаются глубоко жизненные события и лица, природа и нравы в свойственных им «местных красках». Демоническому, загадочному, таинственному миру и патетической декламации восточных поэм Пушкин противопоставляет человеческий мир и непосредственный лиризм. Лиризм героев, их переживания, патетика даются Пушкиным в единстве с эпической характеристикой их жизненных обстоятельств. Белинский прав: «Трудно найти двух поэтов, столь противоположных по своей натуре, а следовательно, и по пафосу своей поэзии, как Байрон и Пушкин»

    12. Поэма Пушкина «Медный всадник»: идеологический слой и художественное своеобразие.
    Важную роль в этом играют изменившиеся обстоятельства жизни Евгения — он проводит теперь все время на улицах и площадях города. Пушкинподчеркивает, что частный случай с Евгением оказался каким-то еще не понятным Евгению образом связанным с общей трагедией столицы. Евгений не мог вернуться в привычный мир частной жизни, узко личных чувств и переживаний — он остался там, где «потоп играл», где решилась судьба Параши и его собственная. Оставаясь там, он оказался во власти ранее неведомых ему впечатлений:

    • Мятежный шум Невы и ветров раздавался

    • В его ушах. Ужасных дум

    • Безмолвно полон, он скитался,

    • Его терзал какой-то сои.

    • Прошла неделя, месяц - он

    • К себе домой не возвращался

    Евгений однажды спал у невской пристани.

    • «Дышал Ненастный ветер.

    • Мрачный вал

    • Плескал на пристань,

    • ропща пени

    • И бьясь об гладкие ступени,

    • Как челобитчик у дверей

    • Ему не внемлющих судей».

     Бездомный Евгений, внешне — «ни зверь ни человек», с социальной точки зрения оказывался именно в роли такого «челобитчика». Город выступал жестоким и бессердечным обидчиком.

    • Бедняк проснулся.

    • Мрачно было

    • Дождь капал, ветер выл уныло,

    • И с ним вдали, во тьме ночной

    • Перекликался часовой.

    Против кого и во имя чего бунтует Евгений? Как изображен сам бунт? Отвечая на эти вопросы, должно помнить, что многое в поэме символично. И в этом — художественное своеобразие «Медного всадника». Символично наводнение. Памятник Петру — это не просто памятник великому деятелю, символ самодержавной власти. Ему-то и грозит Евгении, а не давно умершему Петру, иначе бессмысленна была бы угроза: «Ужо тебе!»

    Не принимая революции, Пушкин в то же время считал себя обязанным не только обращаться к эпохам «великих мятежей», но и пристально изучать саму психологическую природу мятежа и бунта. «Бунт» отдельного человека в его широком проявлении — как сопротивление насилию и наказание обидчика, отстаивание независимости и свободы как активно выраженное нежелание быть покорной жертвой враждебных ему обстоятельств— властно приковывал внимание Пушкина-художника своей нравственной стороной, моральной силой личности, отважившейся его поднять.

    Альтернативой бунту было смирение. Оно унижало и развращало человека, заставляло идти на сделку с совестью, поступаться гордостью, достоинством, независимостью, жить по кодексу, определяемому благоразумием. Смирение часто служило прикрытием трусости. «Бунт» помогал человеку быть самим собой, способствовал реализации его духовных богатств, открывал возможность хотя бы па миг почувствовать вкус свободы в несвободном государстве.

    Неприятие революции в известной мере все же определяет и нравственную оценку бунта Пушкиным: поэт использует слово-сигнал, когда называет Евгения «безумцем» при описании его бунта. «Безумец» — но живет он интенсивной духовной жизнью, захвачен открывшейся ему мыслью о виновности самодержца в страдании людей. «Безумец» — но в самоотречении и отваге бросает вызов «горделивому истукану», произносит пророческие слова угрозы. Совершенно очевидно намерение Пушкина противопоставить контрастные понятия,: чтобы освободить слово «безумец» от его традиционно бытового истолкования, придать ему новый смысл.

    Уже из самого описания мятежа Евгения видно, что его безумие особого рода — это и преодоление смятенного от горя состояния ума и высвобождение из-под бытового облика смиренного и покорного чиновника духовно богатой личности, живущей интенсивно в мире всеобщего. Заслуживают внимания факты, свидетельствующие о том, какие синонимы слову «безумный» употреблял Пушкин при написании поэмы. Укажу на знаменательный пример. В первоначальный вариант описания памятника во время наводнения:

    • И прямо перед ним из вод,

    • Вознесшись медной головою,

    • Кумир на бронзовом коне,

    • Неве мятежной в тишине

    • Грозя недвижною рукою...

    Пушкин внес поправку — вместо «мятежной» написал «безумной». В окончательной редакции слово опять было заменено, и появилось «возмущенною». Но колебания знаменательны — они наглядно свидетельствуют, что в сознании Пушкина «безумный» и «мятежный» были словами-синонимами.

    И еще пример, правда, не из «Медного всадника», а из «Полтавы». Там мы тоже встречаемся с этим характерным пушкинским пониманием безумия. Мазепа говорит непокорном Кочубее: «В неравный спор зачем вступает сей безумец?» Такова, в сущности, формула Пушкина: безумие есть неравный спор. Она определяет и поведение Евгения и наречение его во время «неравного спора» с «державцем полумира» безумцем.

    Пушкинское понимание безумия может быть дополнительно комментировано другими его произведениями и, в частности, статьей «Александр Радищев». Жизнь Радищева привлекала внимание поэта на протяжении всего его творчества. Особенный интерес в 1830-е годы Пушкин проявлял к революционной деятельности Радищева, и прежде всего, к ее нравственному обоснованию. В статье, посвященной первому писателю-революционеру, проблема поведения человека во враждебных ему обстоятельствах, так волновавшая Пушкина, была разработана на конкретном примере жизни Радищева. Для Пушкина было принципиально важно выяснить нравственную сторону реального подвига всем известного человека, подкрепить документально свои художественные и теоретические выводы.
      1   2   3   4   5   6
    написать администратору сайта